2016-08-24T02:21:37+03:00

Отец Алексий: «Служить в армии нужно, и нужно это делать для себя»

Смоленский священник Алексий Великопольский рассказал, какими дорогами жизнь вела его от армейской службы к церковному служению
Андрей ЕРМОЛАЕВ
Поделиться:
Комментарии: comments1
Фото: личный архив о. Алексия ВеликопольскогоФото: личный архив о. Алексия Великопольского
Изменить размер текста:

Отца Алексия знают все ветеранские организации и часто приглашают на свои праздники. Еще он любит приходить к детям на уроки мужества. Каждый раз, выходя в «свет» по торжественному случаю, он прикрепляет к рясе свои боевые награды: орден Красного Знамени, два ордена «Красная звезда», ордена СДР имени генерала армии Василия Маргелова, орден «За заслуги перед Отечеством» II степени и другие. И те, кто видит отца Алексия, не могут оторвать взгляд от рясы с орденами. В преддверии Дня защитника Отечества майор Великопольский, а ныне клирик смоленской епархии и духовник смоленского храма Архангела Михаила рассказал о необычной судьбе, приведшей его от военной службы к церковной.

- Отец Алексий, расскажите, что привело вас в армию?

- Я из древнего польского рода. И «вояки» в нем – обычное явление. В Россию мои предки переехали в XVI веке, участвовали в различных известных боевых столкновениях. А потом и потомки этого рода частенько шли по стопам предков-военных.

Оба моих деда были полковниками. Один в Смоленске после окончания учебы работал начальником кафедры стрельбы и тактики политучилища. Второй был комиссаром октябрьского района Ленинграда, всю блокаду провел в Питере. После этого он никогда, никогда не позволял нам выбрасывать продукты. Мой отец закончил военное авиационное училище, был техником в эскадрилье. Он был талантливейшим технарем и рукастым мужиком. Мой брат служил в танковых войсках, а потом ушел в милицию. И моя судьба, как вы понимаете, учитывая такую «наследственность», была вполне определенной. В 1975 году после школы я пошел в Смоленское высшее зенитное ракетное командное училище. Закончил учебу в 1980 году, после чего меня отправили в Оренбургские лагеря – на испытания атомной бомбы. Через полгода весь наш полк в полном составе вошел в Афганистан, который мы прошли вплоть до Кабула.

Своих предков и себя в молодости Алексей Великопольский называет «вояки». Фото: личный архив о. Алексия Великопольского

Своих предков и себя в молодости Алексей Великопольский называет «вояки». Фото: личный архив о. Алексия Великопольского

- Как вы относились к интернациональной миссии?

- В 1979 году Китай напал на Вьетнам, и наш взвод писал рапорт-прошение, чтобы экзамены у нас приняли раньше и мы их могли поехать выполнять интернациональный долг. Ответ пришел от Брежнева. Говорилось там примерно следующее: «Ребята, мы учитываем ваш патриотический порыв, ценим, но учитесь дальше».

Такое наше поведение было естественно в то время, мы были воспитаны как интернационалисты. Ведь интернационал – это дружба народов. Кроме этого тогда еще были живы воспоминания о Великой Отечественной, жертвы и трагедии были в каждой семье. И люди гордились своими предками, прославляли их подвиги. Это сейчас уже все забыто.

В Афганистане я пробыл с 1981 по 1983 год, потом вернулся в свое училище. После меня отправили в прикарпатский округ, а затем в Анголу. Там я с 1988 по 1991 год был командиром зенитно-ракетной батареи. Также я был специалистом-преподавателем в местных училищах. В 1993 году уволился в запас после 20 лет службы.

Интернациональная миссия в Анголе. Фото: личный архив о. Алексия Великопольского

Интернациональная миссия в Анголе. Фото: личный архив о. Алексия Великопольского

- Вы были верующим человеком, или что-то заставило вас пересмотреть свое отношение к богу?

- Всю жизнь я был искренним коммунистом, но в Анголе пересмотрел все свои взгляды. Там я натолкнулся на произведения писателя Владимира Солоухина. В них были такие вещи, которые я, воспитанный в духе коммунистической идеи, просто не смог принять. Я поехал в генеральное консульство и взял несколько томов сочинений Ленина. Тогда я понял: чтобы возненавидеть большевизм, ленинизм и прочее, нужно почитать Ленина.

Ну, а кроме того, я пообщался с иностранцами - с миссионерами международной католической миссии, помня, что у нас в кодексе молодого строителя коммунизма был пункт «бороться с религиозной отсталостью». Кстати, я, «весь такой передовой», именно у них впервые увидел у них компьютер. И фраза в разговоре с одним из миссинеров также заставила меня задуматься. Я говорю ему: «Неужели вы нас, русских, боитесь? Мы же самые мирные ребята, мы же за мир!» А они говорят: «Алекс, ты что здесь делаешь? Вот я привез соевое масло, бобы, потому что люди голодают. А ты?» А там все знали, что мы в школе сержантов преподаем. Учим воевать. Защищаться. Но вот он привез помощь, а я учу воевать. Какое-то тут несовпадение. Ну а потом дальнейшее общение с канадцами, португальцами… и оказалось, что верующие – довольно интересные люди.

Когда я прилетел обратно в Союз, то решил, что детей надо крестить. А ведь, когда уезжал, жене сказал, что, если она это сделает, я с ней разведусь (смеется).

«Неужели вы нас, русских, боитесь? Мы же самые мирные ребята, мы же за мир!..» Ангола, Алексей Великопольский играет с местными детьми. Фото: личный архив о. Алексия

«Неужели вы нас, русских, боитесь? Мы же самые мирные ребята, мы же за мир!..» Ангола, Алексей Великопольский играет с местными детьми. Фото: личный архив о. Алексия

- И дальше вы стали священником?

- Я позвонил в церковь. На мое счастье, трубку взял епископ Нифонт (сейчас он митрополит Волынский и Луцкий). Он пригласил меня на разговор. В конечном итоге, его влияние, его магнетизм, искренность, любовь, молитва сказались на мне. Он крестил меня, моих детей, обвенчал с женой. Все, кто узнавал, что меня крестил Нифонт, начинали шептаться: вот это да, его епископ крестил!

И началась другая жизнь. У моих сослуживцев, к сожалению, после возвращения большинство направлений были либо в пивную, либо в карты. А я ушел в церковь. Она была для меня чем-то совершено новым. Там люди все делали от души. Если раньше люди вокруг меня хотели что-то поиметь, то теперь все хотели что-нибудь отдать. Это была настоящая искренность. Я получил крестик, Библию, Ветхий Завет, Новый Завет, Настольную книгу священнослужителя. Мне стало так интересно!

Затем я поступил в духовное училище и оказался в два раза старше всех «пацанов». Там были разные курсы, и старшие на младших смотрели свысока. До мойки был один шаг, но младшие всегда убирали за старшими посуду. У меня это вызывало умиление. А когда потом как-то раз семинаристы начали смотреть на меня свысока, одел военную форму и пришел на занятия. Все замолчали. Потом меня вызвал митрополит Кирилл и спросил: «Тебе не стыдно с мальчишками за одной партой сидеть? Теперь будешь заведовать моим гаражом».

Прийти к православию о. Алексию, как ни странно, помогли католические миссионеры. Фото: личный архив о. Алексия Великопольского

Прийти к православию о. Алексию, как ни странно, помогли католические миссионеры. Фото: личный архив о. Алексия Великопольского

- Тяжело ли вам было меняться, переходить от военной жизни к духовной?

- Воспитание мое до крещения не разнилось с дальнейшим. Я был воспитан хорошо. У меня были неверующие родители, но воспитывали меня они, по большому счету, в православном духе. У нас презиралась жадность в семье. У нас приветствовался труд, дедушке мы всегда делали подарки своими руками. Это именно христианская добродетель. Другие, более поздние мои воззрения все-таки были пересмотрены.

Самый страшный грех – гордыня, вот он был у меня. Особенно польская кровь, дворянство сказываются. А здесь, в церкви, это нужно забыть. Тяжело было справляться с обидчивостью, но если не прощаешь, то и тебе не простится. Самое приятное, что я испытал радость от того, даю что-то другим. Когда у тебя получилось что-то хорошее сделать для других и ощутить эту радость – очень приятно выходит.

О. Алексий: «Всю жизнь я был искренним коммунистом, но в Анголе пересмотрел все свои взгляды». Фото: личный архив о. Алексия Великопольского

О. Алексий: «Всю жизнь я был искренним коммунистом, но в Анголе пересмотрел все свои взгляды». Фото: личный архив о. Алексия Великопольского

- Где был ваш первый приход?

- В 1994 году, когда меня рукоположили в сан священника, я получил приход Новодугинском районе и немецкий автомобиль «Трабант», который был меньше запорожца. В приходе моем было три храма. Один от дороги находился на расстоянии два километра, от этого храма на расстоянии в девять километров находился следующий и заключительный – на расстоянии еще 17 километров. Вот и носился на этом «Трабанте».

Через 12 с половиной лет мне передали приход в Вонлярово, под Смоленском, я переехал туда. Восстанавливал там храм своими руками, и на станке мне оторвало фаланги двух пальцев на левой руке. Сам все делал. Священники приходские – это настоящие трудяги.

- Насколько я знаю, потом вы служили в церкви Меркурия Смоленского, которая находится возле академии ПВО?

- В 2007 году я попал священником в церковь Святого мученика Меркурия Смоленского. Находится она возле академии ПВО, где работали мои студенты и однокурсники. И их тоже надо было направлять, как и любого военного. Если вояка безнравственный, то это страшный монстр. Нравственное совершенство любого военного — это задача церкви.

Теперь о. Алексий ведет уроки мужества и сотрудничает с ветеранскими организациями. Фото: личный архив о. Алексия Великопольского

Теперь о. Алексий ведет уроки мужества и сотрудничает с ветеранскими организациями. Фото: личный архив о. Алексия Великопольского

- Как по вашему, нужно ли подрастающему поколению служить в армии?

- Служить в армии нужно и нужно это делать для себя, а не для государства. Я могу судить о себе и предполагать свои деяния на перспективу, только когда я что-то уже преодолел. Если я не преодолевал ничего, то я не знаю, как поступлю. Армия дает возможность человеку понять себя, познать себя в таких условиях, в которых никогда не был. Невозможно в домашних условиях столкнуться с вонью этих портянок, этим храпом в казарме. Невозможно! Армия — это тот институт, где человек познает себя. Я не говорю о том, что надо повоевать. Надо знать, на что ты способен.

 
Читайте также